Нет алкоголизму!

искореняет легкомысленный и чрезвычайно опасный взгляд народа на алноголь и опьянение. Чрез санитарное и противоалкогольное просвещение мы оздоровляем быт.

Показывая разрушительное влияние алкоголя на человека и общество, мы изгоняем пьяные привычки и вырабатываем противоалкогольное общественное мнение. Чтобы сломить вековые народные заблуждения, весьма важно и необходимо доказать, что алкоголь не укрепляет упавшие силы и не согревает, а, напротив, еще более истощает и охлаждает тело человека. Противоалкогольная пропаганда должна проникнуть во все слои населения.

Что касается взрослого населения, то оно должно быть у нас обслуживаемо в этом отношении органами, проводящими внешкольное общее, политическое и санитарное просвещение—политпросвет-отделами, здравотделами и культотделами союзов, так как в противоалкогольном просвещении особенно тесно переплетаются вопросы общего, политического и санитарного просвещения.

в) Нервно-психиатрические или же специальные нарноманические диспансеры, которые повсеместно открываются у нас теперь, должны сыграть особенно важную роль в деле борьбы с алноголем. Связываясь с фабрикой, здравячейкой, семьей и пр., всюду простирая свои щу-пальцы, диспансер ведет профилактическую (предупредительную) работу. Он ведет противоалкогольное просвещение, он организует общественное мнение трудящихся против алкоголя; выявляя начальные случаи алкоголизма, он своевременно приходит на помощь и предупреждает развитие болезни и т. д. Диспансер собирает армию бойцов против алкоголя.

Диспансер лечит алкоголиков, которые без лечебной помощи уже не могут бросить пить. Так, в Московском Центральном Наркодиспансере было за 1925-й год около 30.000 посещений алкоголиков. Опыт лечебной работы диспансеров показывает, что в большинстве случаев лечение бывает успешно: до 60% алкоголиков перестают пить, 20% тех, которые лечатся не особенно аккуратно, перестают пить, но обыкновенно скоро «срываются», остальные 20% из посещавших не поддались лечению. Там, где с алкоголиком ничего не удается сделать при амбулаторном лечении, необходимо принудительное лечение в больнице (совершенно неверно думают, что алкоголику нельзя сразу обрывать приемы алкоголя; мы, врачи, обрываем алкоголь у больных всегда сразу, и никаких вредных последствий от этого у них не получается). В Москве принудительное лечение для алкоголиков (и вообще для наркоманов—кокаинистов, морфинистов и пр.) уже введено: по заявлению заинтересованных лиц, главным образом, семьи, которую разоряет и мучит алкоголик, и после заключения судебно-медицинской экспертизы больного принудительно помещают в психиатрическую больницу *), где он лечится до тех пор, пока врачи больницы не дадут о нем благоприятного заключения.

Для полного успеха дела противоалкогольного просвещения объявления, а также всевозможные плакаты останавливают на спиртных напитках внимание тех, кто о них и не подумал бы; под влиянием частого напоминания о них человек постепенно и незаметно для себя привыкает думать, что спиртные напитки являются таким же обычным продуктом потребления, как и другие, продукты, действительно человеку нужные и полезные. С этой же целью следует убрать из окон магазинов красивые ряды и горки бутылок «подальше от соблазна»… Реклама вовлекает новых потребителей в ряды пьющих.

Каждый, кто выступал пред аудиторией с сообщением о вреде алкоголя, знает, что его прежде всего начинают «крыть» тем, что указывают на образованных людей, в особенности на врачей:

— Вот врачи и учены и должны знать, что алкоголь вреден, однако, пьют, и иногда здорово пьют… Значит, им можно, а нам, выходит, нельзя, — иронически заканчивает непримиримый слушатель. Поэтому врачи и общественные работники должны показывать пример полного воздержания от спиртных напитков.

То обстоятельство, что многие, побывавшие в домах отдыха, бросили потом пить и курить, показывает, какое громадное значение имеют в деле борьбы с алкоголем наши дома отдыха. Дома отдыха служат не только для того, чтобы трудящийся отдохнул здесь среди покоя, простора, зелени, воды и чистого воздуха. Они учат, как нужно вообще отдыхать, они учат правилам гигиены, которые нужно соблюдать гражданам в своем новом домашнем и повседневном быту. Чрез дома отдыха прививаются новые здоровые привычки и навыки, чрез дома отдыха оздоровляется наш быт, а чрез оздоровление быта—путь к трезвости.

Доставить трудящемуся в его повседневной жизни здоровый отдых и здоровые, культурные развлечения,— это в сущности значит заложить одно из главных оснований нового быта. Новый быт вовлекает гражданина в общественную работу, которая дает ему новые, бодрые переживания; поднимая гражданина в его собственных глазах, общественная работа воспитывает в нем настоящее чувство собственного достоинства. Пробуждая любознательность, новый быт заполняет досуг трудящегося работой по саморазвитию и приучает его к чтению. Отдыхают дома, слушая вечернюю газету или концерт по радио, отдыхают в театре, в клубе, на спектакле или кино-сеансе; в клубах проводят вечера в разных кружках или за чтением, или просто в обществе товарищей. Надо только там, где в буфетах рабочих клубов продается пиво, как можно скорее прекратить эту продажу. Мне кажется, не нужно особенно доказывать, что в клубе, как в культурно-просветительном учреждении, совершенно недопустима продажа спиртных напитков. Рабочий клуб не может быть местом опьянения. Наоборот, рабочий клуб должен отвлекать народным стремлением к опьянению, и, вместо продажи алкоголя, там должны висеть агитационные плакаты по борьбе с алкоголем.

«Рабочая Газета» (№ 8—1926 г.) описывает, как ежедневно отдыхает трудовая Москва после трудового дня: «10.000 человек спешат в академические театры. В рабочих клубах сто длинных пучков света оживляют молчащие белые кино-экраны. Сотня тысяч граждан проводят вечер в 240 московских клубах. В часы отдыха 300 библиотек живут напряженной жизнью; ежевечерно в часы досуга 70.000 радиолюбителей слушают концерт. Но одни сотни тысяч человек развлекаются в клубах и театрах, другие—в душных пивных. Только в 55 пивных Моссельпрома из горлышек черных бутылок выливается ежедневно в желудки 3.000 ведер, а в Москве 700 пивных и столовых. Как видим, у многих досуг уходит не на укрепление ума и тела».

Новый быт, на место старых пьяных праздников с обжорством и разгулом, с дракой и сквернословием, вводит новые народные праздники с шумной, веселой толпой, с развлечениями на улице, с вечерами в клубе, с музыкой и зрелищами в театре. Новый быт, вместо пьяного времяпровождения в дни отдыха, вводит товарищеские спортивные прогулки, зрелища спортивных состязаний, массовые экскурсии за город, в музеи и вообще прививает здоровые и образовательные развлечения. Вместо пивной — клуб, вместо трактира — спектакль.