Нет алкоголизму!

Archive for the ‘Методы борьбы с алкоголем в разных странах’ Category

Просвещение, поднимая культурный уровень и самосознание масс, отталкивает трудящихся от алкоголя и пьянства. Тогда вырастают у человека новые культурные потребности, у него вырабатывается истинное чувство собственного достоинства, которое не позволит ему унизить себя своим пьяным видом, пьяным сквернословием и дракой. Открывая школу, мы готовим в ней новую трезвую рать идущего на смену поколения, открывая клуб, мы закрываем пивную, открывая избу-читальню, мы отвлекаем крестьян от избы самогонщика… В настоящее время у нас, по сравнению с дореволюционным временем, внешкольное просвещение приняло небывало широкие размеры: еще к началу 1924 г. мы имели около 4-х тысяч клубов, 5 тысяч изб-читален и т. д. В культурных учреждениях и культурных уголках нашей страны (в клубах, избах-читальнях, красных уголках, библиотеках, школах и проч.), которые повсюду рассеяны, ежедневно идет и кипит культурная работа,—проводятся беседы и лекции, занимаются в кружках, читаются миллионы экземпляров газет, журналов и книг… Дело просвещения растет, охватывая все ббльшие массы населения и подрубая засевшие глубоко корни алкоголизма. Правительство предполагает значительную часть доходов, поручаемых от продажи спиртных напитков, употреблять специально на культурно-просветительные цели: устраивать школы, клубы, печатать книги, открывать библиотеки и т. д.

Общая смертность населения в Северо-Американских Соединен. Штатах сократилась после запрета таким образом:

в 1920 году умерло из каждой 1000 живущих 18,1 » 1921 » » » » » » 11,7*).

Детская смертность тоже сократилась с 86 до 76 из каждой 1000 детей до 1 года.

Особенно заметно сократилась там смертность от тех болезней, течение которых алкоголь всегда ухудшает.

Так, например, смертность от туберкулеза легких в первые же два года после запрета сократилась почти вдвое.

Туберкулезная палочка, которая особенно легко нападает и без труда бьет того, кто «наспиртовал» себя, теперь со стороны трезвого организма встречает серьезный и неожиданный отпор.

Еще больше сократилось число алкогольных заболеваний. Так, например, душевно-больных от алкоголя стало поступать в психиатрические больницы на 3 /5 меньше, чем до запрета.

Однако, радостные результаты трезвости особенно резко сказались в Северной Америке лишь в первые годы отрезвления.

Потом всякими путями, постепенно, все больше и больше, стал просачиваться туда контрабандный спирт. Этот спирт доставляют теперь и из Мексики и из Канады чрез сухопутную границу, везут и из Европы на океанских пароходах. Там также распространено теперь и тайное винокурение. Недавно в скобяных лавках там открыто продавались самогонные аппараты.

В трезвое бытие американского народа врывается контрабандное, суррогатное и самогонное пьянство, отнимая у народа те блага, которые дает запретительная система.

В газете «Известия ЦИК и ВЦИК» (№ 24—1925 г.) было напечатано по этому поводу сообщение из Соединенных Штатов, которое мы приводим здесь полностью:

В нашей стране заложены основания победы над алкоголем, потому что происходящее у нас социальное строительство жизни направлено к тому, чтобы уничтожить эксплуатацию, нищету и невежество народа. При новом строе общественной жизни постепенно складывается у нас и новый быт, из которого изгоняются питейные нравы и обычаи. «Как сейчас ни мрачна алкогольная действительность—с уверенностью можно сказать, что ее победа временная, так как посеяны и уже всходят, пускай медленно, те социальные могильщики, которые ее похоронят»,—пишет д-р И. Д. Страшун («Санитарное просвещение», сборник I, 1925 г.).

Уменьшение пьянства, вызванное новыми условиями жизни, труда и быта, мы уже и сейчас наблюдаем. Бесспорно, что, несмотря на свободу продажи спиртных напитков, число пьющих сократилось сравнительно с дореволюционным временем, особенно в городах, и не только потому, что алкоголь дорог (на алкоголь никогда денег не жалели), но потому, что многие уже избавились от тех обстоятельств, которые заставляли их раньше прибегать к опьянению. Пробудившееся гражданское самосознание заставляет отказываться от алкоголя, нет забитости и постоянно угнетающего чувства зависимости, нет изнурительного труда, появились разносторонние интересы, выросли запросы ума, удовлетворение которых доставляет удовольствие, стало доступно, понятно и тянет к себе культурное развлечение, многие захвачены общественной работой, самообразованием и т. д. Тут алкоголю уже нет места. Изменяется резко и самое отношение народа к потреблению спиртных напитков. Если пань- только «слабостью» (про пьяницу говорили: «слабый человек»),то теперь эту «слабость» общественное мнение грудящихся подчас строго осуждает. Выпивка, не говоря уже о пьянстве, считается серьезным проступком со стороны гражданина, занимающего общественную должность, и нередко служит поводом для снятия его с работы. Было бы очень странно и дико слушать теперь, если бы кто-нибудь стал вдруг рассказывать, как он вчера «заложил». «Заложить»-то он, быть может, и «заложил», но только уж помалкивает об этом, а если кому и расскажет, так шепотком, да на ушко.

Новый уклад жизни вытесняет алкоголь из привычек граждан, принимающих участие в культурной и общественной жизни страны, оставляя у многих только воспоминания о пьяных днях, как о мрачном прошлом. Там, где дело просвещения еще не затронуло вполне глубин народа, там алкоголь продолжает крепко держать в своем плену народные массы, что мы и наблюдаем теперь, главным образом, в деревне среди крестьян и в городе среди отставшего рабочего населения, которые еще не успели освободиться от пьяной заразы. Ведь эта зараза посеяна долгими веками народного невежества и народного бесправия, она передавалась из рода в род. Но и в крестьянстве лучшие ряды молодежи в своей -кипучей работе строят теперь новую трезвую деревню и изживают дедовские обычаи пьянства.

Недавно на одном московском митинге по алкогольному вопросу молодая крестьянка, только что приехавшая из деревни, говорила, что деревня ждет теперь не водки, а лекторов, агрономов, кооператоров и книг («Рабочая Москва», XI—1925 г.).

3. Потребление самогона, кокаина и подобных наркотиков несет громадную опасность делу народного здравия и требует немедленных и решительных мер борьбы с дальнейшим производством и потреблением самогона, кокаина и т. д.

Необходимо также отметить опасность самогона в смысле широкой доступности его для населения, так как достать самогон можно в любом селе, в любое время, в кредит, в обмен на продукты и т. д. И над всем этим нет возможности осуществлять какие бы то ни было контроль, учет и регулирование.

Почему же все перечисленные меры борьбы с алкоголизмом, начиная с ограничения продажи алкоголя и кончая полным его запретом, не в состоянии окончательно сломить этот алкоголизм? Известно, что полный и решительный успех всякой борьбы обеспечен только тогда, когда борьба направлена против причин, порождающих то или] другое зло. Поэтому, для того, чтобы борьба с алкоголем была вполне успешна, необходимо не только запретить продажу спиртных напитков, но устранить и те причины, ^которые вызывают спрос на спиртные напитки и создают алкоголизм. Какие это причины—мы видели.

Люди пьют потому, что их заставляет пить гнет нужды, неуверенность в завтрашнем дне, зависимое и бесправное положение, умственная темнота одних, неудовлетворенность жизнью других, безделье и излишества третьих и т. д. Все это бывает при социальном неравенстве людей. Питейные обычаи и распространенные алкогольные предрассудки поддерживают и поощряют народный алкоголизм.

И поэтому окончательная победа над алкоголем может быть осуществлена только тогда, когда условия труда и быта трудящихся будут свободны от причин, вызывающих алкоголизм.

Для этого народ должен быть полноправным и иметь хорошие условия жизни, сытое, обеспеченное и независимое существование, которое давало бы ему спокойную уверенность в завтрашнем дне, он должен иметь здоровый труд и нормальный отдых. Уже давно известно, что там, где условия труда заметно облегчаются (например, устраивается часовой перерыв между работами, сокращается рабочий день, дается завтрак и т. д.), там всегда и заметно уменьшается и пьянство.

Для того, чтобы вытеснить апкоголь из народного быта, надо возбудить и удовлетворить любознательность народных масс широкой просветительной работой, надо вовлечь их в интересы общественной жизни, надо сделать так, чтобы клуб привлекал трудящихся приветными огнями, уютом, газетой, беседой, спектаклем занимательным кинематографом и т. д.

Необходимо иметь доступные всем, здоровые и интересные развлечения (театр, спорт и пр.), которые давачи бы народу приятно волнующее возбуждение и возможность отдохнуть и забыться от однообразия повседневных будней.

Вовлечение всех в общеполезный труд, который должен быть всех в общественно-организующей жизни, создание новых, здоровых J и трезвых обычаев—вот пути к трезвости. Л

Тогда вино и трактир не будут народу нужны. Они не будут нужны, во-1-х, потому, что тогда у народа не будет потребности прибегать к опьянению, чтобы забыться от тягот подневольной жизни и изнуряющего труда, так как эти тяготы будут сняты с его плеч. И, во2-х, потому они будут забыты, что досуг и отдых трудящихся заполнят тогда общественные интересы и культурные развлечения. Тогда не будет вообще потребности топить в вине скуку праздной и бездельной жизни.

Понятно, что все это в полной мере возможно осуществить только при победе труда над капиталом. Поэтому истинная борьба с глкоголем и победа над ним возможна только тогда, когда она направлена на уничтожение основ социальной нужды и социального неравенства людей.

В борьбе с алкоголизмом, на ряду с социальным переустройством жизни и быта, должно быть проводимо широкое противоалкогольное просвещение, т.-е. сообщение народу истинных свойств алкоголя, того вреда и зла, которые приносит он как отдельному гражданину , так и всему обществу.

Больных алкоголизмом людей надо лечить.

Итак, широкие социальные реформы на основе уничтожения причин социальной щжды и социального неравенства, лебеда труда над капиталом, устроение жизни в условиях здорового труда и быта, нормальный отдых к культурные ргзвлечения, широкое общее, сакитгркое и противоалкогольное просвещение, нервно - психичесная гигиена, — вот способы истинной борьбы с потреблением алкоголя, которые могут дать желанный и решительный успех.

Поэтому не может быть полной победы над алкоголем там, где противоалкогольная борьба не затрагивает главных и основных причин алкоголизма: социального неравенства людей.

В капиталистических странах всесильный алкогольный капитал, который вложен в дело винокурения, виноделия и торговли спиртными напитками, препятствует всякой плодотворной борьбе с алкоголем. И у нас, когда в царской России была запрещена в июле 1914 г. продажа спиртных напитков, виноделы и пивовары объединились, представляли докладные записки правительству с требованием°снять запрет. Для того, чтобы добиться разрешения этой продажи, они старались доказать, что вино и пиво полезны и необходимы русскому человеку, что они отвлекают его от крепких напитков, что он без них чуть ли жить не может, что запретительная система несет крах и разорение хозяйству страны и т. д. Однако, добиться им своего не удалось. Русское правительство несло в это время колоссальные расходы войны, пред которыми потери от запрещения продажи спиртных напитков были для правительства незначительны.

Правительство поддерживали в этом деле запрета другие промышлен ники, которые имели теперь большой сбыт своих изделий: трезвый народ стал богаче и стал больше покупать всяких товаров.

Успех противоалкогольной борьбы в Северо-Американских Соединенных Штатах, которая привела к полному запрещению там изготовления, продажи и ввоза спиртных напитков, объясняется в сущности тем, что там одержал победу над алкогольным капиталом капитал, вложенный в другие отрасли промышленности. Для фабрик и заводов, где работа пошла по самому точному распорядку, потребовался трезвый рабочий, который может развить необходимую при конкурренции производительность труда. Дрожащие с похмелья руки и несвежая после выпивки голова—точно и аккуратно работать не могут. Точно так же-для купцов и промышленников нужен трезвый потребитель, который, сберегая деньги, больше тратит их на товары и продукты. Поэтому капитал других отраслей промышленности, главным образом пищевкусовой, поддержал в Америке проведение запретительного закона.

4. Тайное винокурение и потребление самогона представляют не только бытовую опасность, но и огромное народно-хозяйственное зто. Самогон производится преимущественно из хлеба, что ведет к хищническому и непроизводительному растрачиванию наиболее ценных продуктов крестьянского хозяйства, в то время как на заводское производство спирта употребляются, главным образом, картофель и кукуруза.

На ряду с этим необходимо также указать и на то обстоятельство, что от производства и продажи самогона в деревне прибыль в значительной части попадает в карманы кулаков, которые, не желая рисковать сами, в большинстве случаев организуют производство самогона через необеспеченные слои деревни, снабжая их хлебом.

5. Угрожающий рост самогоноварения и распространения его на все более и более широкие слои населения поставил вопрос о продаже водки, как одного из средств, ослабляющих дальнейшее развитие самогоноварения.

Продажа водки оправдывается тем, что она должна вытеснить самогон. Вместо самогона, уничтожающего основной продукт крестьянского хозяйства— хлеб, вместо самогона, который исключает какие бы то ни было контроль и возможность регулирования, государство, допуская производство и продажу водки, сберегает таким образом огромное количество хлеба в стране и в то же время получает возможность регулирования и контроля за производством и дают государству возможность увеличить расходы на цели восстановления крупной промышленности, развитие просвещения и т. п.

6. Но советское государство ни в какой мере не упускает из виду того вреда, который сопряжен с распространением водки для культурного и экономического роста страны.

Равным образом оно считает, что доход от^продажи водки не может играть доминирующую роль в его бюджете и теперь же принимает меры, ограничивающие количество выпускаемой водки».

(Из тезисов Агитпропа ЦК ВКП (б). Поэтому ясно, что противоалкогольная борьба в настоящее время должна быть направлена как на самогонку, так и на водку. Но на фронте врага —алкоголя есть еще и другие полчища, которые тоже ведут свое наступление, и с которыми тоже надо воевать. Это— слабые наливки, виноградное вино и пиво. Они могут быть еще опаснее, чем самогонка и водка, так как незаметно, под прикрытием и маскировкой подкрадываются ониГв своем наступлении, а бьют они тем же оружием—.спиртом. В отношении, например, наливок и виноградного вина существует у всех самое искреннее убеждение, что это—«слабые», «женские» напитки; своим приятным вкусом они, действительно, покоряют женское и детское население. Того, кто отказывается от водки, а пьет только наливки и вино, сравнивают с «красной девицей».

— Ну, что вы, как красная девица, только сладенькое пьете?— замечают ему в компании.

Пиво и подавно считается напитком, о вреде которого и не может быть речи. По общераспространенному мнению-—это есть приятный на вкус напиток, который служит для утоления жажды.

В этом отношении он стоит во мнении народа рядом с фруктовыми водами, с тою только разницей, что если оно готовится из ячменя, то, следовательно, питательно. Поэтому пивом нередко заканчивается праздничный обед; в летнее время особенно много пива выпивается в столовых, где пара пива стоит дороже, чем весь обед. Самым простым и невинным развлечением считается пойти в пивную и распить «по парочке пивка».

На Шабаловском пивоваренном заводе в Москве некоторые рабочие выпивали в день до ведра пива и были очень удивлены, не поверили, когда им врачи - обследователи сказали, что даже и малые ежедневные количества пива вредны.

Не только самогон и водка, но и наливки, и виноградное вино, и пиво , и брага должны быть сове ршенно изгнаны из народного потребления, как вредные и ненужные народу. Соблазняя своим приятным вкусом и обманывая своей якобы безвредностью, они вовлекают пьющих и в крепкие напитки. Начинают с пива и виноградного вина, а кончают водкой и самогоном.

Точно так же наша протисоалкогольная борьба должна быть , но она особенно должна быть направлена на умеренное потребление спиртных напитков. Ведь умеренное потребление спиртных напитков несет по существу те же последствия, что и пьянство.

Как мы уже говорили, наукой доказано, что 1—2 рюмки водки или 1 стакан пива сейчас же начинают проявлять в организме свое вредное действие: запоминание и соображение ослабляются, сила мускулов тоже понижается, кровеносные сосуды расширяются и т. д. Разница между последствиями неумеренного "и умеренного потребления спиртных напитков заключается только во времени: при умеренном, а также и при так называемом случайном (т.-е. при случае—получка, праздник, компания и пр.) потреблении алкоголя болезненные изменения наступают незаметно, позднее и могут быть сначала не так резко выражены, как при пьянстве. Умеренное потребление спиртных напитков в социальном отношении является даже еще более опасным, чем злоупотребление. Во-1-х, оно имеет массовое распространение: пьют все, но пьянствуют не все. Тов. Томский на одном из профсоюзных съездов сказал, что если исключать из союза за то, что человек выпивает, то тогда надо будет почти всех мужчин исключить из союзов. Разрушительное влияние алкоголя на народное здоровье и на народное хозяйство мы имеем, главным образом, от умеренного и случайного потребления спиртных напитков. Во-2-х, если вред пьянства очевиден, то умеренное потребление спиртных напитков скрывает губительное значение алкоголя, так как умеренно пьющие своим внешним видом производят впечатление как-будто совершенно здоровых людей и тем самым поддерживают общераспространенные предрассудки в отношении спиртных напитков.

Вот мой сосед всю жизнь пьет, только «аккуратно». Поглядите—какой здоровый! значит—«с умом» пить можно.

Конечно, так рассуждают потому, что не видят и не знают, в каком состоянии находятся органы этого соседа, для которых еще не пробил час, чтобы наглядно и убедительно проявить свои болезненные изменения. Внешний вид бывает обманчив.

Таким образом, бороться с алкоголем в Советском Союзе—это значит: бороться за полное воздержание от всех спиртных напитков, бороться за установление полной и общенародной трезвости. Надо бороться не только с пьянством: надо изгнать из народной жизни всякое потребление спиртных напитков.

народное хозяйство успело выиграть от отрезвления народа более У 2 миллиарда зол. рублей в год. Материальное состояние трудящихся значительно поднялось, число мелких вкладов в сберегательные кассы стало быстро увеличиваться.

Надо, однако, заметить, что народ стал тогда жить богаче еще и потому, что тогда почти прекратилась безработица: работников убавилось, так как большинство мужчин призвали в армию, а работы прибавилось, так как нужно было выполнять государственные заказы на войну.

Народ нес в это время тяжелое и кровавое иго мировой войны и поэтому не мог в полной мере воспользоваться благами хотя и принудительного отрезвления. Да и самое отрезвление, как нам уже известно, не было также полным и всенародным.

Те, кто втянулись в спиртные напитки, продолжали доставать их разными путями, опьянялись суррогатами. Постепенно, сначала немного, а потом все больше и смелее, на смену «казенке» и «мерзавчику» шло тайное винокурение с его «самоплясом» (так называют в народе самогонку), шло суррогатное пьянство с «ханжой», политурой и прочими отравами, отнимая у народа блага трезвости.

В одной только Москве в 1916 г. составлялось ежемесячно 500—600 протоколов по поводу обнаружения шинков с суррогатами водки. А сколько осталось необнаруженных и незапротоколенных! А сколько протоколов было уничтожено или не составлено за известную мзду! В городах пили разные суррогаты, а в деревнях скоро появились брага и самогон. Уже во вторую половину 1914 года было обнаружено полицией около 2.000 самогонных «заводов» в деревнях. Конечно, народ в большей своей части был трезв, но он был трезв по принуждению и в массе своей всегда был готов снова начать потребление спиртных напитков.